Реклама

Объявления

Mонтале итальянский поэт, лауреат Нобелевской премии 1975 г

Mонтале родился в Генуи, в семье коммерсанта среднего благосостояния, и был пятым ребенком в семьи. В 14 лет после трудного заболевания вынужденный был прервать обучение в школе, которое компенсировал интенсивным самообразованием, изучением произведений отечественной и зарубежной литературы и философии. С 1917 г. находился на фронтах Первой мировой войны пехотным офицером, а по возвращении в 1919 г. в

Геную обратился к литературному творчеству — писал стихи и литературно-критические работы. В 1927 г. переехал в Флоренцию, где следующего года получил должность директора научной библиотеки, на которой проработал до 1938 г. и был уволен за отказ вступить в фашистскую партию.

В послевоенный период жил в Милани, работал литературным редактором, музыкальным критиком и журналистом. С 1967 г. был избранный постоянным членом итальянского сената, награжденный несколькими литературными премиями, почетными дипломами университетов Милана, Рима и Кембриджа. Умер в Милани 12 сентября 1981 г. Литературной славы Mонтале прославился уже первыми стихами, которые вошли в сборник «Панцире каракатиц» («Ossi di seppia», 1925). Написанные под влиянием модерных поисков пор, они отличались четкостью и эмоциональностью лирического восприятия мира. Лигурийский пейзаж в стихах первого сборника замкнут в своей незыблемости, и кровоточит незаметными приметами с их солоноватым привкусом моря. Значительно позднее автор напишет об этих местах: «земля, где я провел часть своей юности, — красивая этой увядшею, нуждающейся, жуткой, будто страшный призрак, красотой»:

Когда, отзвучали, птиц стаи

исчезают прочь, поглощенные голубизной,

яснее выдается шептание

густых деревьев в тихом воздухе,

острее — запах,

который плывет свыше землей,

и душу обнимает сладкий сон.

Тут, где не случалось испокон века

ни распрей человеческих, ни междоусобных войн,

обнаружилась частица и нашего богатства —

лимонов мерцания золотое.

(«Лимоны», пер. Ю. Педана)

Тем не менее, лирика поэта — это не только описательство. Личный опыт и общечеловеческое достояние оформлялись в плотные строки, в непривычный для апеннинской литературы стиль. Й. Бродский в своей статье, посвященной Mонтале, означил его как «новый горький стиль» (в противоположность dolce stile nuovo, новому сладкому стилю флорентийской школы, которого смолоду придерживался Данте и который властвовал в Италии в течение многих столетий). Признаком стиля, концепцию Данте стало слияние литературного и разговорного языков, которое разрешило автору по возможности полнее реализовать установку на прозу будничности.

Именно она интересовала Mонтале, поскольку «поэта ведет поиск точечной правды, а не универсальной». Это слияние предоставляет чрезвычайной искренности поэтическим строкам, в которых соседствуют зрительные образы и философские категории, где эстетика проверяется этикой, а ритм (ради точности и музыкальности вербального рисунка) использует и рифму, и ее отсутствие. Последнее отделило поэзию Mонтале в особый ряд, который не подвергался классификации на фоне тогдашних «изменений» и литературных школ:

Рассыпал я на подоконные крошки,

На завтрашний утренний концерт,

И свет погасил, и сна жду,

И вот уже появляются — все,

Кого я знал когда-то, — малые и большие.

Стараюсь выбрать — кого б я с них

Хотел воротить, а кого — не следует.

Они такие, которые и были, — неизменяемые.

Куда более заметный наш собственный распад:

Мы все усилии прибавили, чтобы этот мир стал хуже.

(Пер. Г. Кочура)

Современным критикам удалось определить стиль поэта. Им оказался герметизм — даже не какое-то определение течения, а, быстрее, форма изображения действительности, определенного переживания, заслоняя словесными образами, внешними деталями, атмосферой. На эту тему значительно позднее высказался и сам Mонтале: «Я не стремился к чистой лирике в том плане, как ее позднее трактовали в нас, к игре звуковых внушений, нет, я нуждался в таком результате, который содержал бы мотивы, не раскрывая их или, правильнее, не вываливая их на стол: признав, что в искусстве внешнее и внутреннее обстоятельство и произведение-предмет — на разных чашках весов, нужно было выражать предмет и скрывать обстоятельство-понуждение». Таким образом, уже в текстах первой книжки поэта прочитываются все составные части герметизму — отход от сочности до прозаично: аскетичности, компактности языка, асоциативности, использование чаще фонетической, звуковой, чем содержательной особенности слов, аллитерации и обертоны.

Конечно, идеологическая подпочва «поэзии отсутствия» особенно заметное в следующих сборниках Mонтале — «Обстоятельства» («Le occasioni, 1939) и «Буря и другое» («La bufera e altro», 1956). В последнюю вошел и цикл «Финистерре» («Finisterre»), тайно вывезенный из Италии и выданный в Швейцаре: в 1943 г. В стихах этих сборников много хроники, пусть и закамуфлированной, но ощущение трагедии передается — через природу, пасмурные образа, человеческие боль и смерть. Вопреки всему, сам поэт некогда не считал себя герметиком, хотя и не отрицал тезиса о сложности своей поэзии. Даже больше. Mонтале сопровождал свои книги примечаниями, которые должны были «дать хотя какие-то факты о местах и событиях». Впрочем, оговорк, разъяснений о своей работе и своих отношениях к поэтическим материалам Mонтале оставил не только в эссе и статтях, а и в поэтических произведениях

Все для школы: темы сочинений, разработки уроков. Изложения и пересказы сюжетов. Конспекты уроков и поурочное планирование. Сценарии, диктанты и контрольные для проведения уроков.

Учебные пособия и тематические ссылки для школьников, студентов и всех, занимающихся самообразованием

Сайт адресован учащимся, учителям, абитуриентам, студентам педвузов. Справочник школьника охватывает все аспекты школьной программы.